1 июля 2020 года Мидзухо исполнилось семнадцать. Она проснулась с мыслью, что этот день должен стать особенным, но всё пошло не так. Утро началось с тишины в доме: отец, как обычно занятый работой, даже не вспомнил про день рождения. Мидзухо стояла перед зеркалом, поправляла волосы и пыталась улыбаться своему отражению, хотя внутри всё сжималось от обиды.

В школе стало ещё хуже. Сэмпай, тот самый старшеклассник, который уже несколько месяцев занимал все её мысли, прошёл мимо, даже не взглянув в её сторону. Она долго репетировала в голове, как случайно заговорит с ним в коридоре, но момент упустила. А потом объявили, что из-за странной инфекции, которая начала распространяться по городу, отменяются все внеурочные занятия. Секция плавания, куда она ходила с огромным удовольствием, закрылась на неопределённый срок. Школьная поездка, о которой весь класс говорил последние месяцы, тоже оказалась под запретом. Мидзухо почувствовала, что этот день рождения официально стал самым неудачным в её жизни.

Вечером она сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в окно. На улице было непривычно тихо: люди почти не выходили из домов. Телефон лежал рядом, но никто не писал. Даже привычные поздравления от одноклассников в чате не пришли - видимо, всем было не до того. Мидзухо уже собиралась лечь спать пораньше и просто пережить этот день, когда телефон вдруг завибрировал.

Сообщение пришло от Каэдэ - друга детства, с которым они когда-то вместе лепили куличики в песочнице, а потом вместе учились кататься на велосипеде без боковых колёс. Он писал коротко и неожиданно: «Мидзухо, ты свободна завтра? Хочу позвать тебя погулять. Только ты и я». Она перечитала текст три раза, не веря своим глазам. Каэдэ никогда раньше не предлагал ничего подобного. Они всегда были просто друзьями - близкими, надёжными, но именно друзьями.

Сердце заколотилось быстрее. Мидзухо ответила, стараясь, чтобы пальцы не дрожали: «Да, свободна. Куда пойдём?». Ответ пришёл почти сразу: «Просто погуляем по городу. Встретимся в десять у нашего старого парка?». Она положила телефон на подушку и долго смотрела в потолок. Внутри смешались удивление, лёгкий страх и что-то тёплое, чему она пока не могла подобрать названия.

На следующий день Мидзухо стояла у входа в парк и нервно теребила ремешок сумки. Каэдэ пришёл вовремя, улыбнулся своей привычной спокойной улыбкой и протянул ей маленький бумажный пакетик. Внутри оказался кусочек клубничного торта - тот самый, который она всегда просила на день рождения в детстве. «Я подумал, что вчера всё испортилось, - сказал он тихо. - Хотел хоть немного это исправить».

Они пошли по знакомым дорожкам, разговаривали о всякой ерунде и иногда замолкали, просто слушая шелест листьев. Город вокруг казался странно пустым, но рядом с Каэдэ это чувство одиночества отступало. Мидзухо вдруг поймала себя на мысли, что смотрит на него совсем по-другому. Не как на друга детства, а как на кого-то, кто может стать гораздо важнее.

К концу дня, когда солнце уже садилось, Каэдэ остановился и посмотрел ей прямо в глаза. «Знаешь, - начал он и слегка запнулся, - я давно хотел сказать… но всё время думал, что момент неподходящий. А теперь понял, что ждать дальше уже не могу». Мидзухо замерла. Она чувствовала, как щёки начинают гореть, но не могла отвести взгляд.

Впереди их ждало ещё много вопросов, непонятных дней и закрытых дверей из-за той самой инфекции. Но в тот вечер, стоя на знакомой аллее, Мидзухо впервые подумала, что, может быть, в любом случае - несмотря ни на что - она всё-таки влюбится. И, возможно, это уже начало происходить.